Башни в домах Петербурга
Петербургские доходные дома рубежа XIX–XX веков — это самостоятельная архитектурная вселенная. В условиях строгой высотной регламентации и плотной застройки архитекторы искали способы выделить свои творения, подчеркнуть их статус и сделать более узнаваемыми. Так в панорамах улиц появились вертикальные акценты — башни, которые превратили жилые и общественные здания в подобие сказочных замков и дворцов. Рассказываем о некоторых интересных и запоминающихся зданиях.
Дом с башнями (доходный дом Розенштейна — Белогруда).
Дом Розенштейна — Белогруда (Каменноостровский проспект, 35 / Большой проспект П.С., 75), возведенный в 1913–1915 годах, по праву считается главной доминантой площади Льва Толстого. Его облик отсылает к европейскому историзму с элементами неоготики и архитектуры итальянского Средневековья. Здание выглядит как настоящий каменный замок: две мощные шестигранные башни-эркеры по краям фасада напоминают крепостные бастионы. Одна из них прорезана глубокой стрельчатой нишей со статуей Мадонны с младенцем, а сами башни завершаются зубцами и массивными каменными балконами. Этот фасад задает монументальный тон всей парадной части Каменноостровского проспекта.
Дом городских учреждений.
На Садовой улице, под номерами 55—57, стоит еще одна работа архитектора Александра Лишневского. Дом городских учреждений он венчал высокой угловой башней со сложным ступенчатым куполом, но главным чудом этого здания стал его фасад. Лишневский населил его фантастическими существами: химерами, драконами, пауками и огромными совами высотой почти два метра. Благодаря этим скульптурам постройка идеально вписалась в декадентскую атмосферу начала XX века. Башня здесь служит не только визуальным ориентиром, но и мистическим навершием, завершающим этот причудливый зооморфный ансамбль. После реставрации восстановленные фигуры сохранили уникальную эстетику дома.
Доходный дом Иоффа (Дом на Пяти углах).
Доходный дом Шаи Иоффа (Загородный проспект, 11) — сердце знаменитого петербуржского перекрестка. Построенный тем же Александром Лишневским в 1913–1914 годах, он сочетает неоклассицизм с элементами модерна. Угловая многогранная башня со шлемовидным куполом и декоративными вазами взмывает над пересечением Загородного проспекта и Разъезжей улицы. Благодаря своей высоте и расположению она служит безошибочным ориентиром для всего района. Нижние этажи здания подчеркнуты массивным рустом, что придает постройке устойчивость, а верхние украшены стройными пилястрами ионического ордера, визуально облегчающими силуэт. Именно этот дом формирует тот самый узнаваемый остроугольный контур «Пяти углов».
Дом Кейбеля: башня рапунцель.
Если предыдущие постройки тяготеют к суровому средневековью или имперской классике, то дом Кейбеля (улица Большая Зеленина, 33) напоминает иллюстрацию к сказкам братьев Гримм. Архитектор Густав фон Голи спроектировал его как изящный «кукольный домик». Главное украшение здания — высокая красная кирпичная башенка-эркер в псевдоготическом стиле. Из-за этой утонченной вертикали петербуржцы прозвали дом «башней Рапунцель»: кажется, что героиня сказки вот-вот сбросит свои золотые волосы из узкого окна под самым шпилем. В отличие от помпезных соседей, фасад особняка отделан довольно скромно. Это сознательный прием зодчего: лишенный лишнего декора кирпич позволяет зрителю сосредоточиться исключительно на главном вертикальном акценте.
Дом Бернштейна: башня-маяк.
Замыкает эту архитектурную коллекцию Дом Бернштейна (Каменноостровский проспект, 54 / улица Профессора Попова, 31). Его мощная граненая угловая башня изначально венчалась высоким шатром и фонариком со шпилем. Именно из-за этого навершия, напоминающего сигнальный огонь корабля, здание получило свое неофициальное название — «дом-маяк». Контраст материалов усиливает эффект: тяжелые нижние этажи облицованы плитами серого гранита скальной фактуры, а верхние покрыты светлой штукатуркой, что делает устремленную в небо башню более легкой. За высокое качество исполнения фасадов архитектор получил серебряную медаль на городском конкурсе лучших фасадов 1912 года.
Эти здания демонстрируют лишь малую часть типологического разнообразия уникальной петербургской архитектуры. От грозных бастионов до сказочных мансард, они выполняли сразу несколько функций: служили запасными лестницами и обсерваториями, хранилищами и мастерскими, но прежде всего работали как градостроительные маркеры. Сегодня эти каменные маяки продолжают вести горожан и гостей города сквозь прямые проспекты и запутанные переулки старого Петербурга, оставаясь лучшими украшениями его небесной линии.